Boom metrics
Звезды28 сентября 2014 10:00

Никита Высоцкий в Воронеже: «Когда я впервые пел песни отца, микрофон ходил ходуном!»

Известный артист рассказал, как судится с интерпретаторами творчества своего отца, и почему у известного барда семья была на втором месте

Фото: Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ. Перейти в Фотобанк КП

26 сентября в столице Черноземья побывал Никита Высоцкий. Сын культового поэта оценивал участников музыкального конкурса, посвященного памяти Владимира Высоцкого. Актер, режиссер и сценарист Никита Высоцкий является учредителем Благотворительного фонда Владимира Высоцкого, директором центра-музея, посвященного жизни и творчеству его отца. На концерт спеть песни Высоцкого пришли несколько десятков воронежцев.

С ЛЮБИТЕЛЯМИ ТВОРЧЕСТВА ВЫСОЦКОГО ПРИХОДИТСЯ ЧАСТО… СУДИТЬСЯ

- Я хорошо отношусь к людям, которые хорошо относятся к моему отцу. Когда это искренне, когда это по-настоящему. Здорово, когда творчество отца подвигает людей на собственное. Другое дело, когда кто-то делает что-то вокруг Высоцкого не очень правильно - мне это не нравится. Здесь я вижу, что конкурс – это проявление любви, - сказал Никиты Высоцкий. – Потом что довольно часто происходят вещи, которые меня не устраивают: например, пишут об отце оскорбительно. Приходится принимать участие не только в музыкально-поэтических конкурсах, но и в судах защищать честь и достоинство отца.

«Комсомолка» поинтересовалась у гостя, понравился ли ему фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой», о котором было много негативных откликов: поклонники сетовали, что в картине слишком муссируется, что поэт был наркоманом, а его творчество представлено слабо.

- Если бы он мне не понравился, он был не вышел. Это было одним из условий. Мы делали фильм пять лет. Он прошел более чем успешно и собрал большие рейтинги.

- Как вы отнеслись к критике?

- Как любой человек – болезненно. Это же своего рода твой «ребенок». Представьте, если вдруг кто-то ругает ваше чадо – как вы отнесетесь? Я, конечно, знаю, что все хорошее в фильме – это не я, а все плохое - я, - признался Никита Высоцкий. – Тем не менее, замеры американцев («Сони пикчерс» наполовину профинансировала картину) показали, что фильм большинству публики понравился. Я их замерам верю. Когда неразвлекательный фильм собирает такие деньги в прокате – это что-то значит! И по телевизору он прошло с хорошими рейтингами. Это свидетельство того, что кино профессиональное и честное. Марина Влади фильм не приняла, но, тем не менее, дала "добро". Это жесткая история, но и Высоцкий был не тульским пряником.

- Почему все-таки вы решили вынести на суд зрителей именно эту историю?

- Идея снять фильм появилась у продюсерских компаний, мне ее озвучил Константин Эрнст: мол, есть средства - спрашивают разрешения у нашей семьи. К тому времени было написано достаточное количество сценариев. Нас они не устроили по разным причинам. Я сначала обратился с просьбой написать сценарий к брату Аркадию, он прекрасный профессионал (получил премию за сценарий «Бабочка» к фильму Масленникова «Письма к Эльзе», у него в творческой копилке 15 полнометражных фильмов, он руководит сценарной группой, пишет для телевидения), но он сказал, что не рискнет. Пришлось мне.

ДЛЯ ОТЦА СЕМЬЯ БЫЛА НЕ НА ПЕРВОМ И ДАЖЕ НЕ НА ВТОРОМ МЕСТЕ

- Друг Высоцкого, скульптор Михаил Шемякин критично отозвался о воронежском памятнике вашему отцу, сказал, если бы он был жив, автору бы не поздоровилось…

- Я с огромным уважением отношусь к Шемякину. Но он непростой человек, демонстративно резкий. И при этом страшно ранимый. Такие люди лихо плюют в лицо человеку и обижаются, когда на них просто косо посмотрели. Я считаю, у вас замечательный памятник, работа профессиональная, место выбрано хорошее. Памятник на Петровке в Москве мне нравится намного меньше, чем воронежский. Монумент в Самаре, автором которого выступил Михаил Шемякин, – хорошая серьезная работа, но это не памятник, это произведение другого искусства. Ему об этом многие говорили, на что он сильно обижался. Не переживайте, в вашем городе хороший памятник. Близкие моему отцу люди, которые были на открытии монумента, очень довольны.

- С Мариной Влади вы не общаетесь?

- Не общаемся и не дружим. Но если мы обращаемся к ней за консультацией по датам или каким-то уточнением биографии отца для музея, она всегда помогает. Просто у нас отношения не сложились. Я к ней отношусь уважительно – она сильная женщина. И хорошо, что рядом с отцом был такой правильный человек.

- Каким Высоцкий был отцом?

- Он не мог заниматься нами. Семья для него не была на первом месте. Даже не на втором. Он занимался творчеством. У них с Мариной тоже была не семья - партнерство, хотя они и были расписаны. Отец был для нас «воскресный». Любил ли он нас? Я уверен, что да - и меня, и брата. Делал для нас очень много, но ежедневного общения не было. Но зато я мог ходит на Таганку, смотреть его спектакли, был на его концертах, выступлениях. Было по-разному. Но все быстро кончилось, он умер, когда мне не было и 16.

У ОТЦА НЕ БЫЛО ПРОХОДНЫХ ВЕЩЕЙ

- В чем феномен Высоцкого, ведь его песни слушают до сих пор?

- Раньше я говорил, что его песни – красиво, здорово сказанная правда. И своевременная. А теперь прошло 34 года, как его уже нет с нами, а его слушают все равно. Значит, он был вне времени. Но в одном я уверен – это было невероятно талантливо. У него нет провалов, нет проходных вещей, хотя почти половина – заказные вещи – для кино и театра. В его дискоспектакле «Алиса в стране чудес» нет ни одной проходящей песни. Он написал ее на одном дыхании. Как говорят: одну гениальную книгу может написать любой, но повторить успех сложно. А Владимир Высоцкий без провалов сочинял.

- Вы и сами запели – с Еленой Камбуровой?

- У меня не было такой цели. Я, конечно, учился вокалу, я же окончил актерский. Елена Кабурова заставила меня, она несколько лет очень настойчиво меня уговаривала. В конце концов, я профессиональный человек, сдался. Но каждый раз для меня это шоковая ситуация. Мы играли музыкальный спектакль по песням отца раза три-четыре. Мы делали его для нашего центра-музея Высоцкого – для небольшого количества людей. Она считает, что я готов. Первый раз я пел на ее дне рождения, и это было жутко: на видеозаписи видно, как у меня микрофон ходит ходуном, потому что я весь дрожал. Я ведь никогда не пел Высоцкого – даже у костра. А в концерте в основном Камбурова поет, я читаю стихи. У нее очень интересные музыкальные решения есть отцовских песен. И я не стараюсь ему подражать, копировать один в один. Все равно для меня это страшно. Но… и не такие вещи делали. Я очень самодовольный человек...