Фашистов давно прогнали, а бабушка-ветеран живет в землянке, топит буржуйку и воюет...

Надежда Ивановна буквально выживает в своей халупе. Обваливающиеся потолки, трещины в палец по всем стенам, сгнившие от сырости деревянные рамы и двери...

Если есть на свете проклятые дома, то это должны быть дома 67 и 69 по улице Новикова в Левобережном районе. Их жильцы - 92-летняя труженица тыла Надежда Ситникова и 60-летняя пенсионерка Людмила Пчельникова с ее семьей каждый божий день борются за то, чтобы их кров не ушел под воду. Просыпаться и засыпать под кваканье лягушек, вместо домашних тапочек обувать длинные резиновые сапоги и попадать с порога не во двор, а в заросли камыша стало для них нормой жизни.

Уже почти 30 лет их дома постоянно затапливают грунтовые воды. Загнали несчастных воронежцев в болото проектировщики водохранилища. Из-за ошибок при его создании в этом месте теперь всегда стоит вода, которая не замерзает даже зимой. Только вот вытаскивать людей из этого болота никто не спешит.

ВОЙНА БЕЗ НЕМЦЕВ

«Каждому ветерану Великой Отечественной - по новой квартире»... В популизме этих слов, брошенных высокими чиновниками, в очередной раз убеждаешься, зайдя в дом № 69, где живет, точнее, выживает Надежда Ивановна Ситникова. Обваливающиеся потолки, трещины в палец по всем стенам, рассыпающийся на глазах фундамент, сгнившие от сырости деревянные рамы и двери. Когда-то большой и просторный дом с четырьмя комнатами сегодня полностью съела плесень. Чтобы хоть как-то бороться с влагой, Надежда Ивановна вынуждена постоянно растапливать буржуйку.

В свои 92 старушка держится молодцом, шутит, хотя почти уже растеряла свой природный оптимизм.

- Девчонкою я пошла работать на мельницу, лет мне 18 тогда было. Как раз в тот год и началась война, - вспоминает Надежа Ивановна. - Всем тогда тяжело было, мололи муку сутками, готовили запасы для фронта. Но вера в победу или желание выжить нас спасали. Помогала я, как и многие наши девочки, и госпиталю. Стирали для солдат испачканные бинты... Вот так и прошла для меня война.

В мирное время Надежда Ситникова продолжила работу на воронежской мукомольне. Вышла на пенсию, когда уже стаж перевалил за 53 года. За это время родила и в одиночку воспитала сына (мужа у нее так и не было), а затем помогала растить внука, от которого уже есть и правнучка.

- Меня до сих пор помнят в моем цехе и уважают, - с гордостью говорит труженица тыла. - Поздравлять приходят и на 9 мая, и на другие праздники. Приносят муку, манку, хлеб, макароны. В общем, не дают умереть с голоду и от тоски. А начальник цеха Владимир Иванович Романенко словно ангел-хранитель для меня. Вот пожаловалась, что купаться негде мне - он корыто для меня сделал. Мне лестницу нужно - приедут и сделают. Замок поломался - поставят новый. Да что бы я делала без добрых людей!

Людмила Пчельникова: «Посмотрите - на воде живем!»

«В НАШЕМ ДОМЕ ДОЛЬШЕ 60 НЕ ЖИВУТ!»

В доме по соседству ситуация не лучше. Все те же трещины в стенах, падающая с потолка штукатурка и гниющие полы. Стоящая внутри комнат сырость пробирает до костей, и хочется поскорее сбежать на свежий воздух.

- Пройдемте, - проводит меня в спальню Людмила Пчельникова, одна из хозяек дома. - Смотрите, над чем мы живем...

Она открепляет несколько деревянных дощечек от пола и просовывает руку на вниз. Под комнатой настоящий бассейн в метр глубиной.

- Хорошо, что сейчас на улице тепло и сухо, а ведь еще несколько недель назад здесь было не пройти, - рассказывает Людмила Ивановна. - У меня шкаф заливало до первой полки. И так круглый год.

Рассказывая о себе и своей семье, женщина едва сдерживает слезы.

- В этой сырости у нас в доме дольше 65 лет не живут, - продолжает Людмила Пчельникова. - Нас было 13 человек - осталось в живых только пятеро. Свекровь умерла в 60 лет, свекор - в 63 года, мои мать и отец в 60 лет, муж в 55... Мне вот тоже исполнилось 60 лет. Готовлюсь.. Я в химии отработала всю жизнь, ушла с больными руками и ногами, хожу скрюченная. Мы честно отдали долг своей Родине, и что мы заработали? нам затопили дом и плюнули в морду. Обидно не за себя, за детей. Сейчас у меня взрослый сын, ему уже 25, но он не знает хороших условий. Молодой парень ходит в джинсах, покрытых плесенью. От него воняет бабкой старой и сыростью...

НЕКОМУ ВОДЫ ПОДАТЬ

Ко всем бедам жильцов этих двух злополучных домов добавилась и еще одна. В 2002 году им отрезали водопровод. На все просьбы пришел ответ от Водоканала: «устранить утечку на водопроводной линии невозможно, мешает горизонт грунтовых вод водохранилища».

- Мы согласны были уже и деньги заплатить, лишь бы был водопровод, - говорит 35-летняя Елена Паршина, еще одна хозяйка дома № 67. - В тот год мы ходили за чиновниками пять месяцев. За 6000 рублей нам подготовили проект отвода воды с Кронштадтской. А там вышли люди с этой улицы и сказали: «Это наша труба! Почему мы воду должны им давать?» Депутат Федор Ковалев, который пытался нам в то время помочь, признался, что не в силах что-то сделать. А потом добавил: «Да чего вам уже. Через три месяца мы вас снесем».

С тех пор прошло три месяца и... 10 лет. Но, как и прежде, несчастливые обитатели Новикова, 67 и 69 ходят за водой на колонку, что за 300 метров от дома. И в мороз, и в слякоть носит ведра и баклажки ветеран Надежда Ивановна, а когда совсем невмочь - платит деньги мужикам, чтобы помогли.

ВСЕ ЗАКОННО

Общая беда объединила соседей в борьбе за существование. Переписку с чиновниками пенсионерка Людмила Пчельникова и ветеран войны Надежда Ситникова начали почти 20 лет назад. Сегодня у них накопилась внушительная стопка отписок на бумагах с государственными гербами. Надежда получить новое жилье мелькнула в уже упомянутом 2002-м. Тогда вышло постановление городской администрации «О переселении граждан из домов частного жилищного фонда, признанных не пригодными для постоянного проживания вследствие воздействия грунтовых вод». В список жилых объектов, предназначенных под снос, вошли и дома Надежды Ивановны и Людмилы Ивановны. Казалось, что мечта жить по-человечески вот-вот осуществится. Но радоваться было рано. Из всего перечня снесли только17 построек, а дома № 67 и № 69 продолжали гнить. Позднее выяснилось, в 2006 году другое постановление тогдашнего мэра Бориса Скрынникова отменило предыдущее.

- Куда мы ни приходим, перед нами закрытые двери, - качает головой Людмила Пчельникова. - Пытались к губернатору на прием попасть недавно. Приходили с бабушкой, думали, может, хоть ее из уважения примут. В такой день, перед 9 мая. Так нас даже не записали. Сказали, что таких ходоков в городе, как мы, сотни. А губернатор один. Мы ездили в Москву три раза в администрацию президента. Обращались мы и в Генеральную прокуратуру, и в Общественную палату, и в Государственную Думу... А что толку: как жили, так и живем!

В конце апреля этого года Ситниковой и Пчельниковой пришел ответ из городской прокуратуры. Текст письма поражает своей циничностью и абсурдом. Вот лишь некоторые выдержки из него: «В настоящее время жилые помещения в жилых домах № 67 и № 69 по улице Новикова в установленном законом порядке не пригодными для проживания не признаны», «отсутствие в жилых домах № 67 и № 69 по улице Новикова водопровода и канализационных уборных не свидетельствует о непригодности данных жилых помещений для проживания граждан. Прокладка водопроводной линии в частные домовладения проводится за счет средств домовладельца», «при таких обстоятельствах оснований для внесения актов прокурорского реагирования у прокуратуры города не имеется».

ПОДАРОК К 9 МАЯ

На прошлой неделе районные чиновники все-таки зашевелились, вспомнили, что есть такая труженица тыла Надежда Ситникова. Перед великим праздником - днем Победы они решили преподнести ветеранке долгожданный подарок - переезд в новую квартиру. Вот только сюрприз оказался с подвохом.

- Мне вначале предложили однокомнатную квартиру на Фридриха Энгельса в трехэтажке, - рассказывает Надежда Ивановна. - Привели меня туда, а я так и ахнула. Дом старый, комнатка маленькая - все вместе 30 метров. Туалет разбит, плитка не работает. Я сразу сказала, что туда не пойду.

Надежда Ивановна напомнила чиновникам, что прописана она не одна. У нее есть внук, поэтому и давать однокомнатную на двоих было бы как-то неправильно. Тогда на следующий день пожилой женщине предоставили другую квартиру. Сразу пообещали: «Там получше» (как будто сразу нельзя было начать с лучшего варианта. - Ред.). Сейчас на руках у бабушки ключи от двухкомнатной квартиры на Димитрова. Въезжай хоть сейчас. Но есть одно «но». По словам Надежды Ситниковой, чиновники дают только временную прописку на три месяца.