Родители умершей от рака Сони Потуданской: «Срочно нужен единый телефон для сбора денег тяжелобольным детям»
Сонечка Потуданская из Репьевского района, которая 11 месяцев провела в частной английской клинике «Харлей стрит» и о которой мы ранее писали в надежде помочь родителям собрать деньги на ее лечение, 14 ноября умерла.
И хотя папа и мама сумели добыть деньги на дорогостоящее лечение - главным образом благодаря благотворительным фондам из Москвы и Санкт-Петербурга, - саркома не оставила ребенку шансов выжить. Они боролись. Подключили СМИ, Интернет, организаторов благотворительных акций. Но…
Единственная мысль, которая сейчас может быть хоть каким-то утешением для самоотверженных родителей Сонечки, - «мы сделали все, что могли». А как быть тем детям, чьи мамы не владеют компьютером, а потому не могут, как Елена Потуданская, рассылать мольбы о помощи через Интернет? Что делать, если у семьи нет друзей, которые создали бы персональный сайт по спасению малыша? Или нет тех, кто по собственной инициативе организовывал бы благотворительный концерт или выставку? И вообще, на что надеяться тем, кто не может годами собирать деньги на операцию?
С миру по нитке
- Предприимчивость отдельно взятой семьи - это, конечно, хорошо. Но нужен четкий и простой механизм оповещения людей о том, что кто-то попал в беду, - делает выводы из своего горького опыта Елена Потуданская. (Мама Сонечки - простой библиотекарь с окладом в пять тысяч рублей).
- И еще должен быть механизм быстрого и надежного сбора денег по принципу «всем миром», - полностью согласен с женой Павел Потуданский (мужчина работает водителем в Репьевской администрации, оклад - 10 тысяч рублей). - На работе, конечно, знали про мою беду, район дважды давал нам по 12 тысяч рублей. Соцзащита оказала матпомощь в 15 тысяч, простые люди прошли по дворам, насобирали 25 тысяч рублей… Я всем очень благодарен! Но в нашем случае речь шла об огромной сумме, которую было не набрать, даже если продать все, что у нас есть, всю нашу Репьевку с ее домишками! Сутки пребывания жены и дочки в Лондоне обходились в 50 тысяч рублей. Я часто думал: вот если бы каждый земляк пожертвовал Соне хоть по десятке... В Воронеже это позволило бы в кратчайший срок собрать почти 10 миллионов рублей!
Это как раз та сумма, которую пришлось заплатить за 11-месячное пребывание Сони в английской клинике. А ведь она не последний ребенок, которому берутся помочь иностранцы...
Кто, если не я?
В английской клинике ребенка взялись лечить авансом. Летом 2011-го сумма, которую ей задолжали Потуданские, составила 7 миллионов 200 тысяч рублей.
Павел в поисках и зарабатывании денег выбивался из сил. Елена писала слезные письма, размещая их в Интернете. Одно из них попало на глаза воронежской девушке Виктории Васильевой. За короткий срок Вика подключила к проблеме почти 6000 человек в соцсетях.
- Я установила статус «Надо спасти ребенка!» - рассказывает Вика. - Сначала о девочке узнали мои друзья, потом - друзья друзей. Так молва и пошла… Просила разместить информацию о Сонечке на разных сайтах, в глянцевых журналах. У моей подруги мама - режиссер в саратовском театре. Она согласилась приехать в Воронеж со спектаклем и все средства от него перевести Соне. Организация этой затеи потребовала времени, я почти забросила работу. В итоге меня попросили написать заявление об уходе. Но спектакль все равно состоялся! Мы перевели для Сони 76 тысяч рублей.
В это же время певица Глюкоза перечислила для Сони Потуданской 500 тысяч рублей. 900 тысяч прислала девушка, про которую известно только, что она Аня Новикова. Еще 3 миллиона 200 тысяч перевели родители Даши Морозовой, которая недавно умерла от рака, и эти деньги на ее лечение уже не требовались... Всего же лондонской клинике, как мы уже сказали, за пребывание в ней воронежской девочки было перечислено около 11 миллионов рублей.
- Вы представляете, какой долг висел бы на семье после смерти ребенка?! - говорит Виктория. - А тут добрые люди сбросились, кто сколько смог, спасибо им...
- Мы с мужем тоже непременно отдадим больным детям то, что у нас осталось, - обещают родители Сони. А это 120 тысяч от воронежского благотворительного фонда и 95 тысяч рублей - пожертвования на телефон, номер которого был указан на страничке Сони в Интернете. Хочется купить что-то полезное из аппаратуры для онкологического отделения детской ОКБ № 2 на Ломоносова. Там нам поставили неправильный диагноз, саркому приняли за нейробластому и лечили в итоге не по той схеме. Потом в Израиле нас даже отказались оперировать. И английские врачи Соню не спасли…
Елена и Павел Потуданские похоронили Сонечку в родном Репьевском районе.
Фото: Александр ЗИНЧЕНКО. Перейти в Фотобанк КП
В случае с Соней медицина оказалась бессильной
Соне помогали люди из разных российских городов и стран. И только воронежцы практически ничего не знали о проблемах девочки. Обидно, особенно если вспомнить, что в 2005 году именно Воронеж потряс бельгийцев своей оперативностью, собрав в короткий срок 83 тысячи евро на трансплантацию печени полуторагодовалой Оксане Желтовой в брюссельской клинике. Деньги тогда несли и состоятельные люди, и старенькие бабушки в узелочках, и маленькие дети, разбив свои копилки. И все потому, что об этой беде заявили во всеуслышание и впервые за сбор денег взялась не мама, а общество: СМИ, Сбербанк, рынки, учреждения культуры. Принцип «с миру по нитке» сработал тогда на ура - девочку спасли, теперь она уже ходит в школу…
Маленькая девочка из российской глубинки посетила за время болезни три страны: Германию, Израиль, Англию. В перерывах между курсами лечения Соня увидела Мюнхенский зоопарк, Мертвое море, лебедей в английских парках… Упаси Бог всех детей планеты от таких путешествий... Фотографии девочки, которые мама выкладывала в Интернете, до последнего вселяли надежду на лучшее - Сонечка на них улыбалась.
К несчастью, болезнь оказалась сильнее этой надежды и сильнее Сонечки. Саркома - самая агрессивная опухоль из всех злокачественных. После нескольких курсов химиотерапии ей хватало каких-то шести недель, чтобы разрастись снова. Опухоль успела дать метастазы, это и предрешило страшный финал. Из английской клиники родители повезли ребенка домой - умирать. Врачи предлагали маме оставаться у них до самого конца, обещали колоть самые современные обезболивающие препараты и поддерживать жизнь девочки, сколько потребуется. Но Елена отказалась - чтобы родные и близкие успели увидеть Соню живой и проститься с ней. Девочка в последние дни уже не разговаривала, но реагировала на мамины слова, держала ее за руку и до последнего мгновения находилась в сознании.
Восьмилетнюю Сонечку похоронили на родине рядом с 86-летним прадедушкой и 103-летним прапрадедушкой. Почему безжалостная болезнь выбрала именно ее - загадка: в роду у Потуданских - сплошь долгожители…
Страшный финал. Родители понимают: в случае с их дочерью медицина просто оказалась бессильной. По крайней мере, они попробовали лечиться за границей. Но есть и другие семьи с похожей бедой, которым шанс лечить своих погибающих детей в лучших клиниках мира вообще не представится - наши местные благотворительные фонды, как убедились родители Сони, совершенно не рассчитаны на оказание экстренной помощи. Тем более - многомиллионной.
«Воронежцы не должны оставаться в стороне»
В областном отделении Российского детского фонда, который скоро отметит 25-летие, всего два сотрудника. На вопрос, нужен ли Воронежу и области постоянный номер телефона, на который воронежцы могли бы присылать SMSки и автоматически переводить деньги попавшим в беду людям (как это делает, например, Первый канал в рамках своей акции «Добро»), бухгалтер фонда Алла Ничуговская ответила: «Хорошо бы...» На сегодняшний день Варе Панавиной воронежцы перечислили всего 2000 рублей, Боре Симоненко - 3700, Карине Рудаковой - 2900. Но на спасение этих детей требуется в десять, в сто, в тясячу раз больше - подчас миллионы рублей!
Уже упомянутый Первый канал использует очень удобный способ сбора денег: любой может позвонить с мобильника на номер 5541, и с его счета снимется 75 рублей на лечение того или иного ребенка. Все без исключения воронежцы, с которыми мы говорили на эту тему, заявили, что именно такой способ был бы самым удобным для них. Никто не против пожертвовать, сколько он может, на святое дело. Но далеко не все имеют время стоять в очередях в банках и заполнять квитанции с бесконечными нулями. «Только бы знать, что деньги действительно уйдут к больным детям», - добавляют, как правило, люди. Безусловно, такой номер телефона должны контролировать власти и правоохранительные органы - чтобы мошенники и близко не могли подобраться к деньгам, предназначенным для спасения детей.
В теории подобными проектами должны заниматься общественные организации, ведь благотворительность не является функцией правительства.
- Воронежцы должны сами проявить инициативу и убедить власть в том, что им нужен номер телефона для перечисления пожертвований, - прокомментировали нам в пресс-службе областной администрации. - Например, написать прямо в блог губернатора или принести в его приемную коллективное письмо. - Тогда будет понятно, что за этой идеей стоит общественная сила, и можно будет подключить прокуратуру, СМИ и создать надежный номер для отправки SMS.
- В самом деле, у нас в области куча газет, телеканалов! Журналисты выезжали бы в больницы, делали бы сюжеты о больных детишках, и воронежцы могли бы им помогать, отправляя свои SMSки на такой-то номер, - считает Елена. - Многие жизни удалось бы спасти.